Горючий камень

        5 Апрель 2012              Прокомментировать

Некторые камни умеют гореть, греть и …кормить!

Советская армия не особенно сытно кормила своих солдат, и те, дабы разнообразить скучную служебную жизнь, проявляли смекалку. Байкальские военные железнодорожники, к примеру, продавали местным жителям горючий камень. Не уголь, нет…

Сделки проводились хитро. Сначала, обязательно по делу, в солдатский вагон-бытовку заманивался местный житель, из добычливых рыбаков и охотников. Жарко полыхавшая печка – первое, что притягивало взгляд ненавидящего стужу туземца.

На его глазах один из солдат подбрасывал в огонь топлива. На раскаленной печке вскипал чайник. Неспешная беседа завязывалась, продолжалась, но млеющий от душного зноя гость, с той самой секунды, как увидел процесс поддачи жару, не мог уразуметь: как так? В топку кидают кирпичи, обыкновенные кирпичи, и они горят как бешеные?

Гражданскому человеку снисходительно разъясняли: так, мол, и так. Советское правительство, заботясь о боеспособности собственной армии, распорядилось использовать в войсках в качестве печного топлива специально изобретенный горючий камень. Практически вечный…

Дело это дорогое и секретное. В целях маскировки его изготавливают похожим на кирпич. По обычной советской безалаберности поступает он  не во все подразделения. Но у нас – есть… Так о чем, бишь, мы говорили? Ага, так вот…

Но ни о чем другом местный житель слушать уже не желал. Он просил разрешения взглянуть, и его, вроде как недоумевая проявляемому интересу – ну, горючий, ну, камень – что здесь такого? – подводили к печке, распахивали заслонку. Взору изумленного мужика (обычно – представителя какого-нибудь славного нацменьшинства) представало несколько кирпичей, ярким пламенем полыхающих в буржуйке.

Умело подготовленный кирпич горит не хуже полена

— Дневальный! — кричал при этом сержант, бродивший по разогретому вагончику в пляжных тапочках, трусах и майке: — Подбрось-ка! Зябну…

Дневальный вежливо оттеснял мужика, подкидывал в печурку, и без того докрасна накаленную, ещё пару кирпичей, они тут же вспыхивали. Заслонка закрывалась, мужик возвращался на место. Через несколько минут, самое позднее — на следующий день, звучала просьба:

— Продай!

Цена целиком и полностью зависела от торговых талантов высоких договаривающихся сторон. Честные сержанты всегда меняли горючий камень на рыбу. Один камень на одного полупудового тайменя. Или на хариусов. Или даже на нельму…

Прирожденные менялы жадничали, и договаривались с наивными туземцами о шкурках, случалось – даже о собольих.

После наступал обмен. Начищенный и наглаженный сержант являлся к мужику. Его солдаты несли заранее оговоренное количество кусков горючего камня, для незаметности завернутых в ватник.

Солдаты умело укладывали кирпичи в топку, туда же, за ненадобностью, совали и ватник. Звали хозяина разжигать.

— Воняет! – радостно сообщал служивым улыбающийся туземец, обоняя резкий запах солярки, смешанной с машинным маслом.

Омуль готов к употреблению

— Зато горит да греет! – похохатывая, восклицал сержант и по-свойски охлопывал спину склонившего над топкой покупателя. – Давай там быстрее, нас служба ждет…

Занималось сходу. Горело достаточно долго и жарко, чтобы покупатель убедился в справедливости сделки, и расчет успевал состояться. Солдаты, нагруженные драгоценной байкальской рыбой, бегом возвращались в расположение. Сержант же, участник взаимовыгодной сделки, старался скрыться до момента передислокации части. Да и вообще в пределах досягаемости охотничьего оружия предпочитал не оказываться…

        Рубрика: Копирайтер Сергей, Новости.             Метки: ,        

Оставить свой комментарий